Белостокский котёл

Вяземский котел

К концу сентября 1941 года немецкое командование разработало планы по захвату советской столицы. Проведя крупную перегруппировку войск, немцы рассчитывали расчленить линию обороны Москвы, окружить и уничтожить войска Западного и Брянского фронтов.

Советский Генеральный штаб ожидал, что противник активизирует наступательные действия вдоль направления Смоленск – Вязьма на стыке 16-й и 19-й армий. Здесь и были сосредоточены основные силы РККА. Однако советское командование просчиталось: немцы ударили к северу и югу от предполагаемого направления.

Продвижение немецких войск было настолько мощным, что Ставка Верховного Главнокомандующего решилась на отвод войск к Ржевско-Вяземскому оборонительному рубежу. На некоторых участках фронта за считанные дни немцам удалось вклиниться в оборонительные ряды защитников на 50-80 километров. В районе Вязьмы советские войска попали в окружение, где вели упорные бои до 13 октября.

Какого сценария следует придерживаться Владимиру Зеленскому в переговорах «нормандской четверки»?

Елена Бондаренко:

«Зеленский вынужден будет выполнять Минские соглашения. Это путь мира, если он хочет мира. Ему можно пожелать только одного: перестать оглядываться на то, что ему скажут большие дяди, заботящиеся не об Украине, а о своих странах. И если он не жеманничал, когда говорил, что готов пожертвовать своим рейтингом, то сейчас самое время жертвовать этим самым рейтингом. Ради мира, ради страны, ради людей. Сценарий может быть только один: держи слово, хоть ты его и не давал. Ты же правопреемник».

Константин Грищенко:

«Ему нужно придерживаться не сценариев, а позиции. А позиция состоит в том, что Украина есть целостное государство, в котором должен быть восстановлен суверенитет. Но исходя из ситуации, нужно идти на очень сложные компромиссы, которые предусматривают исполнение неких требований и которые выдвигаются, учитывая сложившиеся обстоятельства».

Александр Белокобыльский:

«Однозначно добиваться уважения к Украине и ее президенту. Обмен пленными показал, что не только Германия и Франция, но и Россия заинтересованы в реализации «Минска». Какова глубина этого интереса — может показать только работа за круглым столом. Есть достаточно примеров, когда сложнейшие внешние обстоятельства преодолевались в контакте именно глав государств — вспомним конфликт между Россией и Турцией. Несмотря на сложности в Сирии и по другим вопросам, у Путина и Эрдогана сложились нормальные деловые отношения, позволяющие их странам быть союзниками. Нормальные отношения у Путина и со многими другими главами государств — Индии, Китая, тех же Франции и Германии. Если партнеры по «нормандскому формату» убедятся в желании Украины добиваться мира, вернуть Донбасс не как трофей, а как часть страны, если они увидят, что Украина выполняет обязательства, — мир в Донбассе, причем на приемлемых для Украины условиях, возможен. Но нужно иметь собственный план, решимость действовать и волю к компромиссам».

Захваченный, но не побежденный

28 июня 1941 г. немецко-фашистские части, сломив отчаянное сопротивление советских войск, заняли Минск. Во время оккупации, продлившейся 1100 дней и ночей, нацистами было организовано гетто. В городе и его окрестностях от геноцида погибло свыше 400 тыс. человек, было разрушено до 80% жилых домов, уничтожены почти все предприятия и учреждения науки и культуры.

Немецкие солдаты перед Дома Правительства БССР. Минск, первая половина июля 1941 г. 

Несмотря на это, даже в оккупации жители не прекращали бороться с захватчиками. Минчане сражались за свободу и независимость родины, и точно так же боролось население сотен других населенных пунктов Белорусской ССР и всего Советского Союза. Героическое сопротивление не только бойцов Красной армии, но и простых жителей городов, сел и деревень, уходивших в подпольщики и партизаны доказывает, что война стала поистине всенародной.

Советские подпольщики перед казнью в Минске. Казнь была совершена карателями 2-го литовского батальона вспомогательной полицейской службы. В центре – 16-летняя Мария Брускина. Слева – Кирилл Иванович Трус, рабочий Минского завода им. Мясникова, справа – 16-летний Володя Щербацевич. Минск, октябрь 1941 г. 

Минские подпольщики уничтожали вражеские склады с боеприпасами, продовольствием и амуницией, выводили из строя паровозы, самолеты, взрывали автомашины, танки, офицерские клубы. Эту борьбу возглавляла крупная подпольная организация во главе с городским комитетом партии. На промышленных предприятиях и в учреждениях города активно действовали партийные и комсомольские организации общей численностью около 9 тыс. человек. Примерно 40 тыс. жителей Минска ушло в партизаны.

В некоторых партизанских отрядах минчане составляли более трети всех бойцов. К началу 1944 г. на промышленных предприятиях города активно действовало 79 боевых диверсионных групп, в которые входило 326 подпольщиков. Ни одного дня враг не чувствовал себя в Минске в безопасности, несмотря на то что фронт отодвинулся далеко от города.

Колонна 12-й танковой дивизии вермахта. Минск, конец июня – начало июля 1941 г. 

«У нас в Минске бухает ежедневно, ночью треск, как в окопах. Иногда даже бьют орудия, а может быть, это рвутся проклятые мины. Их тут полно. Взорвали электростанцию – неделю не было тока… В воскресенье вечером около офицерского клуба в воздух взлетела легковая машина, а у водокачки – паровоз. Много немцев расстреляно на улицах из-за углов домов. Мне с моими нервами приходит конец», – написал 5 августа 1943 г. немецкий солдат Э. Вестфаль своему брату на фронт.

Планы и силы сторон

Германия

Немецкое командование наносило основной удар на Московском направлении силами группы армий «Центр» (командующий — генерал-фельдмаршал Ф. фон Бок) и 2-го воздушного флота (командующий — генерал-фельдмаршал А. Кессельринг). План заключался в нанесении удара сильными фланговыми группировками при относительно слабом центре.

  • 3-я танковая группа (2 армейских и 2 моторизованных корпуса, всего 4 танковые, 3 моторизованные и 4 пехотные дивизии), наступавшая из района Сувалок.
  • 2-я танковая группа (3 моторизованные и 1 армейский корпуса, всего 5 танковых, 3 моторизованные, 1 кавалерийская, 6 пехотных дивизий и 1 усиленный полк), наступавшая из района Бреста.

2-я и 3-я группы должны были соединиться и окружить советские войска западнее Минска. Одновременно пехотные соединения, сведенные в две армии:

  • 4-я армия, наступавшая из района Бреста
  • 9-я армия

(всего 7 армейских корпусов, 20 пехотных дивизий), вели наступление на окружение и должны были соединиться восточнее Белостока. Создание «двойных клещей» было излюбленной тактикой вермахта в течение всей кампании 1941 года.

В задачи люфтваффе входил разгром советской авиации в первые же дни войны и завоевание полного господства в воздухе.

СССР

Планы СССР на начальный период войны точно не установлены. По одной версии (Ю. Горьков), приграничные советские армии должны были прикрыть отмобилизование и развертывание основных сил, в процессе построения стратегической обороны до Москвы. По другой (М. Мельтюхов), планы прикрытия приграничных округов были всего лишь прикрытием отмобилизования и развертывания и подготовки к возможной стратегической наступательной операции. Советский Западный Особый военный округ, преобразованный в Западный фронт (командующий — генерал армии Д. Г. Павлов), насчитывал в своем составе три армии:

  • 3-я армия под командованием генерал-лейтенанта В. И. Кузнецова (4 стрелковые дивизии и мехкорпус в составе 2 танковых и 1 моторизованной дивизии) занимала оборонительный район в районе Гродно
  • 10-я армия под командованием генерал-майора К. Д. Голубева (самая мощная, насчитывала в своем составе 2 стрелковых и 2 механизированных корпуса, один из них в полной боевой готовности, а также 1 кавалерийский корпус, всего 6 стрелковых, 2 кавалерийские, 4 танковые и 2 моторизованные дивизии) располагалась в Белостокском выступе
  • 4-я армия под командованием генерал-майора А. А. Коробкова (4 стрелковые, 2 танковые и 1 моторизованная дивизии) прикрывала район в районе Бреста.

Вновь созданная 13-я армия под командованием генерал-лейтенанта П. М. Филатова должна была принять полосу обороны на южном фасе Белостокского выступа, но её штаб только начал выдвижение на восток.

Война застала РККА в движении. Войска второго эшелона Западного ОВО начали выдвижение к границе. Так, перед самой войной штаб 2-го стрелкового корпуса прибыл из-под Минска в район Бельска на южный фас Белостокского выступа, где должен был войти в подчинение штаба новой 13-й армии; в состав этой же армии из-под Смоленска перебрасывался 44-й стрелковый корпус в составе трёх стрелковых дивизий (соответственно из Смоленска, Вязьмы и Могилёва).

21-й стрелковый корпус в составе трёх стрелковых дивизий начал движение из Витебска в район Лиды и был подчинён штабу 3-й армии.

47-й стрелковый корпус начал движение из Бобруйска в район Обуз-Лесьна, где перед самой войной было развернуто полевое управление Западного фронта.

Кроме того, на территорию Западного ОВО начата переброска 22-й армии из состава Уральского военного округа (к началу войны в район Полоцка прибыло 3 стрелковые дивизии) и 21-й армии — из состава Приволжского ВО (к началу войны в район Гомеля также прибыло несколько стрелковых дивизий). Эти войска не принимали участие в Приграничном сражении, однако сыграли большую роль на следующем этапе войны.

предыстория

17 июня 1941 года Гитлер объявил немецким генералам дату своего нападения на Советский Союз. Атака, начавшаяся под именем Барбаросса , была назначена на воскресенье, 22 июня 1941 года, в 3 часа ночи. С этой целью три немецкие группы армий в составе 153 дивизий, в том числе 19 танковых дивизий и десять моторизованных дивизий, заняли позиции на всем восточном фронте. Самая мощная группа армий «Центр» (около 37 пехотных, 9 танковых, 1 кавалерийская и 3 охранные дивизии) и ее командир фельдмаршал Федор фон Бок получили общий удар по Минску и, в качестве конечного пункта, Москве . С проникновением авиационных частей 2-го воздушного флота в воздушное пространство СССР и ударом немецкой артиллерии около 3:15 утра началось Белостокско-Минское сражение.

Немецкая оценка советских войск

По оценке 17 июня 1941 г., немецкое командование предполагало наличие трех армий. 3 — я армия , то 4 — я армия и 10 — я армия были доступны Stawka вдоль пограничной области Белорусской ССР . Далее на Западном фронте находилась 13-я армия , которая находилась в резерве в районе Минска. По оценке ОКВ , в этом районе должны быть многочисленные стрелковые дивизии и кавалерийские части, но только один танковый корпус моторизованных частей. Фактически, когда началась атака, советские 6-й, 11-й и 14-й механизированные корпуса были немедленно готовы к обороне на границе Белорусской ССР. В целом, советские стрелковые силы оценивались примерно на 40% больше, чем фактически существовало. Однако бронетанковые силы были намного больше, чем предполагалось, потому что они оценивались только в 20–30% от их фактической численности, и снова ожидалось больше единиц кавалерии, чем было на самом деле. Причиной стали новые необнаруженные мобильные дивизии Красной Армии, которые базировались на кавалерии.

Накануне

Достаточно широко известны боевые действия по освобождению Украины частями Красной Армии осенью 1943 — зимой 1944 годов. В меньшей степени известны операции на территории современной Белоруссии. И если в Южной Белоруссии Красной Армии сопутствовал успех (были освобождены Гомель, Речица и ещё ряд населённых пунктов), то бои на Оршанском и Витебском направлениях шли с большими потерями и без значительного продвижения войск. Тут немецкую оборону приходилось буквально «прогрызать».

Тем не менее, к весне 1944 года сложилась крайне невыгодная для немецких войск конфигурация фронта, когда части группы армий «Центр» оказывались охваченными с севера и юга. Несмотря на это, немецкое командование ожидало, что наиболее мощный советский удар последует на Украине, именно там оказались сосредоточенными до 80 процентов немецких танков и большое количество живой силы . Дальнейшие же события показали, что это был один из просчетов германского командования. Нельзя сказать, что наступление стало для германских войск полной неожиданностью — скрыть сосредоточение большого количества войск и техники невозможно, но сила и направление ударов оказались для врага во многом внезапными.

Бобруйская наступательная операция

Мощный удар был нанесён частями Красной Армии и на Бобруйском направлении. Тут немецкие войска, опираясь на ряд промежуточных рубежей, предприняли попытку сохранить и вывести технику и наиболее боеспособные части. Однако отходившие плотными колоннами немецкие войска рассеивались и уничтожались ударами артиллерии и танков. Большое значение в боях под Бобруйском сыграло практически полное господство в воздухе советской авиации.

Бомбардировщики и штурмовики нередко действовали вообще без прикрытия истребителей. Так, за два часа 27 июня 1944 года на одну из немецких колонн обрушилось 159 тонн бомб. Дальнейшее обследование местности установило, что противник оставил на месте более тысячи убитых, 150 танков, около 1000 орудий и более 6500 автомашин и тягачей.

29 июня советскими войсками был освобожден Бобруйск. Отдельным немецким частям удалось прорваться из кольца к Осиповичам, где они были окончательно рассеяны.

Неотмобилизованные соединения

Начавшаяся утром 22 июня война застала войска Западного фронта в движении, в момент, когда они не успели ни завершить развертывание запланированной наступательной группировки, ни начать построение импровизированной оборонительной группировки. В сложившемся случайным образом «первом эшелоне» фронта (3, 10, 4-я армии) оказалось 13 стрелковых и 2 кавалерийские дивизии, 4 механизированных корпуса (то есть 8 танковых и 4 моторизованные дивизии). Еще 11 стрелковых дивизий находились на марше, на расстоянии от 100 до 350 км от границы, имея задачу выйти в предусмотренные планом районы развертывания к 1 июля. Два формирующихся мехкорпуса (17 и 20-й), располагавшихся в глубине построения фронта (в районе Барановичи и Борисов соответственно), были «механизированными» лишь по названию. В глубоком оперативном тылу фронта на линии Витебск, Смоленск, Гомель развертывались три армии (22, 20, 21-я) Второго стратегического эшелона. Сосредоточение этих армий резерва ГК должно было завершиться лишь к 3–5 июля.

Коллаж Андрея Седых

Для наступления в Белоруссии противник сосредоточил группу армий «Центр» (9 и 4-я полевые армии, 3 и 2-я танковые группы). Это была самая мощная группировка немецких войск, по числу танков и танковых дивизий превосходившая две другие группы армий вермахта на Восточном фронте («Север» и «Юг») вместе взятые. Очертания границы и дорожная сеть подсказывали вполне очевидный план операции: нанесение двух мощных ударов танковыми соединениями под основания «белостокского выступа» с последующим окружением всей группировки советских войск. 2-я танковая группа под командованием генерал-полковника Гейнца Гудериана после прорыва фронта в районе Бреста должна была наступать по двум направлениям: на Барановичи – Минск и Слуцк – Бобруйск. 3-я танковая группа под командованием генерал-полковника Германа Гота прорывала фронт севернее Гродно (то есть в полосе обороны Прибалтийского Особого ВО) и после захвата Вильнюса развивала наступление на юго-восток, через Молодечно на Минск.

В составе группы армий «Центр» насчитывалось 31 пехотная, 9 танковых, 1 кавалерийская и 7 «расчетных» (с учетом моторизованных частей и соединений ваффен-СС) моторизованных дивизий. Формально говоря, численное превосходство вермахта было весьма скромным – 48 немецких дивизий против 43 советских (две кавдивизии Красной армии учтены здесь как одна «расчетная дивизия»). Не обладала наступающая сторона (вермахт) и количественным превосходством в танках. Так, в составе четырех мехкорпусов Западного фронта (без учета формирующихся 17 и 20-го МК, танковых полков кавалерийских дивизий и сотен легких плавающих танков в составе стрелковых дивизий) имелось 2345 танков, а на вооружении танковых дивизий ГА «Центр» было суммарно 1936 танков (к этому числу следует также добавить 280 САУ разных типов в составе отдельных дивизионов «штурмовых орудий» и самоходных «истребителей танков»).

Однако необходимо учесть, что немецкие войска были полностью отмобилизованы, тогда как завершить перевод соединений и частей Красной армии на штаты военного времени в рамках начатой в мае 1941 года под прикрытием «Больших учебных сборов» скрытой мобилизации не удалось. Стрелковые дивизии Западного ОВО при штатной численности в 14,5 тысячи человек имели по 10–12 тысяч человек личного состава; моторизованные соединения лишь после объявления открытой мобилизации могли быть полностью укомплектованы автомобилями и тракторами (артиллерийскими тягачами). Плановые сроки полного отмобилизования составляли 1–2 дня для стрелковых дивизий, 3–5 дней для танковых и моторизованных.

Минская наступательная операция

Именно поэтому освобождение Минска стало еще одним гвоздем в гроб фашистского Рейха. Город был освобожден 3 июля 1944 г. в ходе Минской наступательной операции, ставшей одним из ключевых этапов Белорусской стратегической операции 1944 г. под кодовым наименованием «Багратион», целями которой были разгром немецкой группы армий «Центр». К 75-летию освобождения столицы Беларуси от немецко-фашистских захватчиков на сайте Министерства обороны России были опубликованы в специальном разделе рассекреченные документы, посвященные освобождению города.

Так, из опубликованных документов можно узнать, что 31 мая 1944 г. Ставкой Верховного Главнокомандования была издана директива, согласно которой войска 2-го Белорусского фронта не позже 30 июня – 1 июля должны были форсировать реку Березина с дальнейшим развитием стремительного наступления в направлении Минска и не позже 7‑8 июля овладеть городом. А уже в боевом донесении от 3 июля 1944 г. начальнику Генерального штаба Красной Армии Маршалу Советского Союза Александру Василевскому начальник штаба 3-го Белорусского фронта генерал-лейтенант Александр Покровский сообщал о том, что войска 31-й армии во взаимодействии с частями 5-й танковой армии, успешно развивая наступление, в 9.00 утра 3 июля стремительной атакой танков и пехоты овладели столицей Беларуси – Минском.

Т-34. Минск, 3 июля 1944 г. 

Интересно, что одними из первых в Минск на предельной скорости ворвались танки 2-го танкового батальона 5-й гвардейской танковой армии. При этом танкисты за ночь со 2-го на 3-е июля совершили 70-километровый марш, а экипажи машин не отдыхали на протяжении 3-х суток. Серьезного сопротивления противник в самом городе уже оказать не мог, так как был деморализован темпами наступления наших частей.

«Эти трое суток нам не пришлось поспать. Нам иногда не было времени даже покушать. Но это все уже позади, дорогие мои друзья… Перед нами Минск – столичный город. Тысячи советских граждан ждут там нас, ждут с нетерпением своего освобождения. И забыв об усталости, мы должны думать об одном: только вперед. В этих боях, как никогда, честь и слава гвардейцев должна проявиться и проявиться с новой силой», – рассказал сразу после освобождения Минска гвардии капитан Скрипов, командир 2-го танкового батальона.

СУ-85 на площади Ленина. Минск, июль 1944г. 

Именно этот батальон оказался в числе первых вошедших в город, разгромив в 17 км от Минска немецкую группировку, оборонявшую подступы к городу. Этим танкисты ликвидировали последний вражеский узел обороны, преграждавший путь к столице БССР. Таким образом, не встречая серьезного сопротивления в самом городе, утром 3 июля 1944 г. советские войска освободили Минск. Разбитые остатки немецких войск, бросая технику и оружие, бежали из города. Население со слезами радости на глазах встречало своих освободителей, а колонны советских танков, проходящие по городу, забрасывались цветами.

В одном из документов это описывается так: «танки были больше похожи на огромные букеты цветов, а не на грозные боевые машины». В этот же день был издан приказ Верховного Главнокомандующего Маршала Советского Союза Иосифа Сталина об овладении столицей Советской Беларуси – городом Минском. За умелые и героические действия в Минской операции свыше 50 соединений и частей были удостоены почетного наименования Минских.

Минск, июль 1944 г. 

Пожары и окружение

Хотя 3 июля 1944 г. Минск был освобожден, в донесении Шарова от 4 июля 1944 г. говорится о многочисленных поджогах, сделанных в Минске немецкими войсками. Среди прочего отмечается, что «и сейчас еще не утихают пожары», несмотря на то, что в город сразу же прибыли специальные пожарные команды и приступили к тушению очагов возгорания. Шаров сообщает, что горят жилые дома и школы, а также «замечательный по архитектуре огромный дом Красной армии». Шаров отметил в своем донесении и взрывающиеся заминированные здания. Кроме того, вокруг города еще находились разрозненные гитлеровские части, которые представляли угрозу и пытались продвигаться в западном направлении, в том числе к Минску.

В результате предпринятой перегруппировки советских частей, в ночь на 6 июля были успешно отбиты все попытки противника пробиться, взято в плен несколько тысяч гитлеровцев. Однако ликвидация немецкой группировки, окруженной на востоке и юго-востоке от Минска («Минский котел»), продолжалась до 11 июля. Вырваться из него фашистским войскам так и не удалось, хотя Гитлер обратился по радио к командованию окруженной группировки с приказом, в котором требовал сделать все, чтобы выйти из окружения. В результате противник потерял 70 тыс. человек убитыми, более 30 тыс. человек были взяты в плен, в том числе 12 генералов.

В центре советско-германского фронта образовалась огромная брешь протяженностью до 400 км. Для того, чтобы закрыть ее в короткие сроки, немецкое командование не имело сил. Поэтому, пока часть советских войск заканчивала ликвидацию окруженной группировки под Минском, главные силы трех Белорусских фронтов стремительно продвигались к западным границам СССР.

Освобождение Минска стало закономерным итогом Белорусской наступательной операции «Багратион». Это был не только стратегический шаг, приблизивший конец Третьего Рейха, но и во многом символический, ведь Минск – один из первых советских городов, принявших на себя удар гитлеровской военной машины.

Подготовил Андрей Холодцов

Застигнутые врасплох

Сдавшийся в плен радист разведывательного батальона 25-й гренадерской танковой дивизии вермахта обер-ефрейтор Леопольд Люттенбергер рассказывал, что Минск обороняли «чрезвычайные полки», сформированные из остатков ранее «разбитых и рассеянных» Красной армией немецких дивизий. Позже он вспоминал, что «не успели мы по-настоящему закрепиться на занимаемом участке, как утром 3-го июля появились русские танки».

Люттенбергер отмечал, что «несмотря на то, что мы ожидали наступление русских, оно для нас оказалось совершенно неожиданным». По его словам, «солдаты, увидев русские танки, говорили, что это пришел конец».

«Но затем нам последовал приказ отступать в направлении на Вильно. Не отъехали мы и 3‑5 км от Минска на запад, как образовалась страшная пробка… В этот момент нас настигли русские танки. Сразу все побежали кто куда», – сообщил после сдачи в плен Люттенберг.

О том, что немецкие части оказались не готовы к стремительному наступлению частей Красной армии, говорит и донесение начальника политического отдела 5-й гвардейской танковой армии гвардии генерал-майора Шарова: «немецкое командование было застигнуто врасплох стремительными темпами наступления на Минск».

Это также подтверждает и следующий случай, описываемый в одном из представленных архивных документов. Утром 3 июля 1944 г., когда советские части уже вошли в Минск, «совершенно не подозревая о взятии города войсками Красной армии, немецкий истребитель «Мессершмит-109» приземлился на аэродроме…Летчик, немецкий лейтенант, вышел из самолета и спокойно стал его осматривать». В итоге советские солдаты захватили в плен и пилота, и его самолет.

Минск, 1944 г.

Битва за Минск

Утром 3 июля в Минск с северо-запада ворвался 2-ой Гвардейский танковый корпус. С юга к столице Советской Белоруссии подошли силы 1-го Белорусского фронта маршала Константина Рокоссовского, с севера — 5-я Гвардейская танковая армия, с востока — 31-я Общевойсковая армия 3-го Белорусского фронта.

В боевом донесении от 3 июля 1944 года начальнику Генерального штаба Красной армии маршалу Александру Василевскому начальник штаба 3-го Белорусского фронта генерал-лейтенант Александр Покровский сообщал, что войска 31-й армии во взаимодействии с частями 5-й Танковой армии, успешно развивая наступление, в 9 часов утра 3 июля стремительной атакой танков и пехоты овладели Минском.

  • Карта ударов советских войск на Минском направлении

3 июля 1944 года был издан приказ Верховного главнокомандующего маршала Иосифа Сталина об освобождении столицы Советской Белоруссии — города Минска. Наиболее отличившиеся в боях за Минск соединения и части фронтов были представлены к присвоению наименования «Минские» и к награждению орденами. 28 июля 1944 года был подписан указ Президиума Верховного Совета СССР о награждении орденами соединений и частей Красной армии.

Газета «Красная армия» 1-го Белорусского фронта в эти дни выходила с праздничными заголовками: «Орлы, вперёд! Отвага города берёт!», «Ничто не спасёт врага от неминуемого разгрома!», «Здравствуй, родной Минск». 

В боях за освобождение столицы БССР проявил мужество и отвагу командир батареи 529-го Армейского истребительно-противотанкового артиллерийского полка лейтенант Михаил Довбыш. При прорыве вражеской обороны батарея под его командованием прокладывала путь пехоте. В одном из боёв она отбила шесть контратак противника. За десять дней боёв батарея уничтожила два танка, одно самоходное орудие, два дзота, семь пулемётов; 38 солдат и два офицера были взяты в плен. За бои при освобождении Минска лейтенант Довбыш был награждён орденом Отечественной войны I степени. 

Рота средних танков 1-го Танкового батальона 26-й Гвардейской танковой бригады 2-го гвардейского танкового Тацинского корпуса под командованием гвардии старшего лейтенанта Александра Яковлева одной из первых ворвалась в Минск. Вступив в бой за товарную станцию, он окружил отступающего противника и взял в плен 56 солдат и офицеров вместе с командиром. С 26 июня по 6 июля 1944 года ротой гвардии старшего лейтенанта Яковлева было уничтожено 12 пушек разного калибра, 26 ручных пулемётов, 47 бронетранспортёров, 462 автомашины, 1470 гитлеровцев. Сам Александр Яковлев был удостоен звания Героя Советского Союза.

«Потери с немецкой стороны были настолько колоссальны, что гитлеровцы даже использовали хитрость — они целые дивизии записывали в без вести пропавшие, чтобы скрыть количество погибших», — рассказал Юрий Кнутов.

Крымская катастрофа

В декабре 1941 – январе 1942 года советским войскам удалось вернуть захваченный ранее 11-й армией вермахта Керченский полуостров, однако после попыток дальнейшего освобождения Крыма они понесли большие потери и сосредоточили силы исключительно на обороне.

Немецкое командование обратило внимание, что на одном из участков оборонительного рубежа между Черным морем и Кой-Ассаном советские войска имели ограниченные силы. Этим оно и руководствовалось при разработке плана операции «Охота на дроф»

7 мая немецкие войска в результате внезапного и массированного авиаудара смогли нанести защитникам большие потери. А 8 мая после мощного артобстрела началось наступление. Несмотря на то, что советская группировка войск в численности превосходила германскую – 250 тысяч против 150 тысяч, из-за неумелого командования она потерпела болезненное поражение, подвергнув тем самым опасности вторжения кавказское направление.