Таня савичева. записки «русской анны франк» и ее блокадный дневник

Право на память

На примере истории Тани Савичевой мы видим трагедию изнутри, отметил заместитель главного редактора журнала «Историк» Арсений Замостьянов.

— Это была самая обыкновенная ленинградская семья. Одна из многих. Но более западающий в душу рассказ о блокаде сложно найти, — заявил он.

Таню Савичеву также нередко сравнивают с еврейской девочкой Анной Франк, описавшей зверства фашизма в своем дневнике. Но Таня была младше — 11 лет, совсем ребенок. Обессилевшая от голода и холода, она не могла полноценно вести дневник и оставляла лишь короткие записи о смерти близких. Зачем? Ответ на вопрос ищут многие специалисты — историки и психологи. Мнения разные, но ясно одно: так девочка пыталась победить смерть.

Дневник Тани Савичевой. Фото РИА Новости

— Самое важное в дневнике то, что она пишет не о себе, а о том, как погибали близкие. Пишет в состоянии стресса

Но на смерть невозможно смотреть как на что-то обыденное. Скупые слова Тани отражали самое важное для нее, — заключил Арсений Замостьянов.

Таня Савичева доказала свое право на память, отметил историк. Доказала, что человек даже в самых чудовищных условиях не должен превращаться в животное.

Обложка: Фото РИА Новости/Максим Блинов

Судьба дневника

У Тани остались всего два родственника, о которых она просто ничего не могла знать. Сестра Нина эвакуировалась вместе с работниками завода, но на протяжении длительного времени от нее не поступало никаких вестей. В семье даже говорили, что она могла погибнуть. Брат Михаил и вовсе ушел в леса в качестве партизана, о нем ничего не слышно было аж до 1944 года.

Когда они смогли вернуться в Ленинград после снятия блокады, искать младшую Савичеву было уже поздно: к тому времени она доживала последние дни в Горьковской области. Зато ребята пошли разбирать личные вещи своих родителей, среди которых обнаружили в том числе и тот самый дневник.

Нина смогла показать блокнот кандидату исторических наук, работнику Эрмитажа и политруку Льву Ракову. Он сумел разглядеть в записях девочки огромную ценность для формирования правильного представления о происходившем во время блокады Ленинграда. Именно он впервые помести дневник первой экспозиции, посвященной обороне города.

В 1953 году дневник передали в музей истории Ленинграда, где он и хранится до сих пор. При этом широкой публике оригинал показывали всего два раза. Первый – в 1964 году, на выставке, посвященной 20-летию снятия блокады. Тогда же единственный раз посетители смогли увидеть страницы записной книжки. С тех пор ее стараются не открывать – чтобы не испортить светом довольно хрупкие страницы. Второй же раз блокнот показали уже исключительно в закрытом виде в 2010 году. Впрочем, с книги сняли копии, и теперь каждый может ознакомится с тем, как выглядят знаменитые страницы.

Самое эмоциональное знакомство с дневником Тани Савичевой происходит, конечно, в поселке Шатки Нижегородской области. На местном кладбище, рядом с могилой девочки, расположены запечатленные в металле страницы ее дневника на красной кирпичной стене, которая символизирует разрушенный дом в Ленинграде. Одна из улиц неподалеку также названа именем девочки.

Ещё одна Таня

Когда Савичевы умерли все и осталась одна Таня, она по­просила дочку дворника помочь зашить маму в простыню, сложила в палехскую шкатулку венчальные свечи своих родителей и Нинину записную книжку, дневничок, и пошла к тёте Дусе, дальней родственнице. Родст­венница вскоре отдала Таню в детдом. Детдом удалось эвакуировать. В нижегородском селе Шатки Таня 9 месяцев, в болях, лежала, слепая, и медленно умирала: подорванный, истощённый её маленький организм дольше уже не мог жить (туберкулёз, дистрофия, цинга), но насмотревшаяся душа всё никак не могла отпустить эту жизнь…

Таня умерла в июле 1944 г. Уверенная, что она последняя из Савичевых. А после Победы её дневник нашла сестра Нина, попавшая в эвакуацию вместе с предприятием и не успевшая передать весточку семье. Из Таниного дневника она узнала о том, что стало с Савичевыми.

Ещё 10 лет назад Нина С­авичева, в ту пору уже 87-летняя, так и не оправившаяся от ударной волны Таниных 9 строчек, была жива, давала интервью нашей газете. А сейчас о том, что было, могут свидетельствовать выжившие л­енинградские дети. Например, ещё одна Таня, Рудыковская, – она по сей день живёт в том же доме (в его крыше так и торчит осколок снаряда), где писала свой дневник – многотомный, на сшитых на живую нитку л­истах.

Реестр съеденного. Страшный список продуктов – полученных по карточ­кам, выхлопотанных, выторгованных, выкроенных, выдуманных. В тесном, через запятую, соседстве с перечнем имён умерших родных. «27 февраля 1942. В 40 минут девятого УМЕР ПАПА. Когда мама пришла с дежурства, она сразу пошла к папе. Целовала и ласкала его, он сделал попытку улыбнуться, но не смог, а из глаз покатились слезы. Завтрак: горох (жидкий), пол ст. л. пшенной каши (ее мама оставляла папе), хлеб с маслом. Бабинька ни каши, ни супу не ела». Татьяна Рудыковская стала инженером кино и поэтом, живёт одна, по дому передвигается на ходунках, а когда выходит – то на коляске. Ей 87. Январь она проживает особо: в конце месяца у неё расписан каждый день. «В понедельник – в школу, во вторник – Дворец пионеров, среда – в муниципалитет, четверг – в библиотеку, пятница – дома». После пятницы – отдых. До мая. «Нас всего тысяч сто осталось, ленинградских детей, – говорит Татьяна Валерьевна. – Но в основном это те, кому было 2–3 года. И они ничего не могут сказать. А я могу. Мне было 10. И я помню всё. И у меня всё записано». «11 января 1942. Завтрак: 4 ст. л. жидкой каши из ржаной муки, а папе пол черной миски. Бабиньке, когда супы на завтрак, ей не дают, а сегодня была каша, и ей не дали. ПРИБАВИЛИ ХЛЕБА!!! (…) Обед: суп с пшенной крупой. (…) У меня пропал кусок хлеба и кусочек сахара. Ужин: ничего».

Новость по теме

Минобороны РФ рассекретило документы к 75-летию снятия блокады Ленинграда

Из нехитрого перечисления вырастает картина происходящего: «бабиньке» недостаёт еды… И ведь если бы это была война только с голодом! Только с морозом! Только с фашизмом! Эта война шла вдоль и поперёк каждой кухни, велась за пазухой каждого возвращавшегося из булочной человека, маленького и большого, там, где тёплый хлеб соседствовал с замерзающим серд­цем… Юра Рябинкин подъедал пайку сестры Иры. Стыдился, каялся, записывал ужас этого воровства – жизни – в дневник. Мать эвакуировалась только с дочерью, Юру оставили в квартире… А Ира и в 2015 г. ещё верила, что Юрка где-то жив. «Я живу с этим чувством вины. И с грузом: я должна быть человеком! Потому что за мою жизнь слишком много заплачено». 

Истории Тани Савичевой, Тани Рудыковской, Юры Рябинкина и ещё 15 ленинградских детей, тексты их дневников есть в «Детской книге войны», сборнике, который еженедельник «Аргументы и факты» выпустил к 70-летнему юбилею Победы. И ещё 17 дневников – тех, кто писал их в гетто и концлагерях, на фронте и в о­ккупации, в тылу и на территории Германии.

И теперь, когда Савичевы умерли все, как умерли почти все остальные очевидцы войны, теперь, когда голос Тани Рудыковской едва теплится в трубке, сквозь громкие речи, заполняющие воздух в конце января, и теперь перед глазами по-преж­нему стоит синяя адресная книжка, в которой всего 9 строк. Завещание Тани С­авичевой. Ж­ивите!  

«Слез нет, на душе жутко». 5 самых известных блокадных дневников

Подробнее

Примечания

Комментарии
  1. В некоторых источниках указано 25 января, а на мемориальной доске во дворе, где жила Таня, — 23 февраля
Источники
  1. Ныне — Плесновская волость, Гдовский район, Псковская область.
  2. . ИСТОРИЯ.РФ. Дата обращения: 30 сентября 2019.
  3. . Аргументы и Факты. Дата обращения: 30 сентября 2019.
  4. Лилия Маркова.  (недоступная ссылка). Петербургская семья. Дата обращения: 17 марта 2013.
  5. Ирина Тучинская. . KP.RU — Санкт-Петербург (2 сентября 2009). Дата обращения: 14 мая 2014.
  6. , с. 89.
  7. Маркова Лилия Никитична. . «Петербургская семья»‎. Дата обращения: 21 февраля 2020.
  8.  (недоступная ссылка). Дата обращения: 31 июля 2010.
  9. Kalle Kniivilä. La Strato de Tanja: Vivo en Rusio 1917-2017. — Novjorko: Mondial, 2017. — P. 97. — 158 p. — ISBN 9781595693556. (эспер. Улица Тани: Жизнь в России 1917-2017)
  10.  (недоступная ссылка). Дата обращения: 27 октября 2017.
  11. Культурное наследие России/Нижегородская область/Шатковский район — Путеводитель Викигид Wikivoyage
  12. Павел Великжанин. . «Аудиториум». ООО «МИОЦ» (8 октября 2017).
  13. Калле Книйвиля. . Калле Книйвиля (017-09-30). — содержит фрагменты аудиозаписей интервью. Дата обращения: 19 января 2019.

Зарубки на память

Танин дневник – мартиролог обычной ленинградской семьи, почти поголовно оставшейся в мёрзлых братских могилах на кладбищах великого города Ленинграда, – мог бы фигурировать в качестве одного из свидетельств преступлений нацистов на Н­юрнбергском процессе. Какие ещё доказательства – серьёзные, взрослые, основательные – могут быть красноречивее детских строчек, выведенных в адресной книжке старшей сестры Нины, её же карандашом для подводки глаз, замёрзшими руками. Строчек-памятников – ибо о­тдельной могилы уже никому не доставалось, а ещё одна старшая сестра Тани, Женя, умершая первой, перед смертью просила только об одном: «Достаньте гроб, б­оюсь, земля попадёт в глаза». Строчек – зарубок на память. Строчек, в которые оставалось добавить только последнее, своё имя… Этот дневник для а­втора был хроникой. И много больше он – для нас. Нет, не символ. Но предостережение: «Женя умерла 28 дек в 12.00 часов утра 1941 г. Б­абушка умерла 25 янв 3 часа дня 1942. Лека умер 17 марта в 5 час утра 1942. Дядя Вася умер 13 апр в 2 часа ночи 1942 г. Дядя Леша 10 мая в 4 часа дня 1942. Мама 13 мая в 7.30 утра 1942 г. Савичевы умерли. Умерли все. Осталась одна Таня».

Таня Савичева со своей старшей сестрой Ниной. Фото: Public Domain

Савичевы, умершие все, были семьёй «­лишенца», «раскулаченного» нэпмана: отец Тани до войны держал маленький кинотеатр «Правда» и булочную, а вскоре после того, как его лишили положения в обществе (дети не имели права поступать в институты, вступать в комсомол), умер от рака. В блокаду семья вступала без отца. Быстро забылись довоенные годы: как ездили гулять «на Острова» по выходным, как самую младшую, Таню, клали в бельевую корзину, ставили её на стол под рыжим абажуром, а вокруг усаживалась вся семья… Теперь Женя сдавала кровь для раненых, Нина рыла окопы, мама шила форму для солдат, бабушка недоедала, экономя свой кусок для внуков, а брат Лека и оба дяди пошли записываться на фронт (их не взяли). После Жени умерла бабушка – и завещала как можно дольше её не хоронить, чтобы живые могли получать хлебный паёк по её карточке: «Вы не бойтесь, я тихонечко полежу». Соседи съели кота, Савичевы поклялись: своего Барсика не съедят. Через неделю он пропал – с­ъели другие. За 2 буханки хлеба мама нашла гроб для Жени. Последней умерла мама, до мая 1942-го на одной силе духа державшаяся в своём прозрачном теле… В последние дни Таня выменяла на какие-то домашние сокровища головку лука, пыталась накормить им маму, погибающую от цинги, но мама уже не могла есть.

Одна из немногих сохранившихся фотографий Тани Савичевой (1933 — 1944 г. г.), которую держат оставшиеся в живых родная сестра Тани — Нина Савичева и брат Михаил. Фото: РИА Новости/ Рудольф Кучеров

Без лицемерия

С подходом родителей избегать в рассказах детям о Великой Отечественной войне страшных фактов категорически не согласен профессор Военного университета Министерства обороны РФ Юрий Рубцов. По его мнению, попытки оградить детей от жестокости таким путем — это лицемерие.

—Мы должны помнить не только о героях войны, но и о многочисленных жертвах, одной из которых была Таня Савичева. Величие этого ребенка в том, что, когда ее самые близкие люди падали от голода и умирали, она находила в себе мужество оставлять свидетельства.Для себя она это делала? Полагаю, что нет. Она хотела оставить какой-то след, память для ровесников, — сказал Юрий Рубцов.

Фото: РИА Новости/Рудольф Кучеров Одна из немногих сохранившихся фотографий Тани Савичевой (1930–1944), которую держат родная сестра Тани Нина Савичева (справа) и брат Михаил (слева)
Линия жизни: как тянули кабель по дну озера в блокадный Ленинград «Известия» публикуют уникальные документы о создании и прокладке электропровода, спасшего осажденный город

Некоторые дети сегодня не знают, кто такая Таня, потому что учителя им попросту еще не успели о ней рассказать. Как объяснили «Известиям» в издательстве «Просвещение» и корпорации «Российский учебник», события Великой Отечественной проходят в десятом классе. В большинстве учебников, по которым сегодня изучают историю России, материал о Тане Савичевой есть. Например, в учебнике под редакцией Анатолия Торкунова «История России. 10 класс» говорится, что дневник Тани стал символом страшной блокадной поры, а также приводится фрагмент из записей.

Председатель московского регионального отделения Ассоциации учителей истории и обществознания Павел Панкин подчеркнул в беседе с «Известиями», что преподавателям никто не запрещает говорить о Тане Савичевой с учениками младшего возраста. С этим согласен и директор московской школы №548 «Царицыно» Ефим Рачевский. По его словам, все седьмые классы в учебном заведении готовят материалы к 75-летию Победы, и значительная их часть посвящена Тане.

Запомнят ли учащиеся эту историю, зависит от мастерства педагога.

«Благодаря тем, кто выжил, мы появились на свет» Лидеры общественного мнения — о значении Дня снятия блокады Ленинграда для каждого из россиян

— Учитель должен соединить исторические факты и частные истории. Именно через детали к школьникам приходит понимание, — пояснил Павел Панкин.

Прикоснуться к страницам

Первая искра победы: как Красная армия прорвала блокаду Ленинграда Начало перелома в ходе Великой Отечественной

В музей Санкт-Петербургской школы №35 Василеостровского района, где училась Таня Савичева, помимо российских учеников каждый год приезжают иностранцы.В 2019-м были школьники из Швейцарии, Германии и Австрии.

«Женя умерла 28 дек в 12.00 час утра 1941 г.», — эта запись на букву «Ж» стала первой в записной книжке Тани Савичевой. Ее она сделала после смерти старшей сестры. И продолжала записывать даты смерти остальных родственников, используя соответствующие буквы: «Б» — бабушка, «Д» — дяди, «М» — мама. Дневник заканчивается записями «Савичевы умерли», «Умерли все» и «Осталась одна Таня», сделанными на страницах с буквами «С», «У» и «О».

В музее хранятся фотографии, оригиналы и прототипы блокадного хлеба, письма бойцов. Сам дневник переведен в электронную форму. Гости могут листать его в интерактивном киоске. Подлинник находится в Государственном музее истории Санкт-Петербурга.

Фото: РИА Новости Дневник Тани Савичевой в музее на Пискаревском мемориальном кладбище
Подвиг и боль: героические 872 дня блокадного Ленинграда Город выжил, несмотря ни на что

Сейчас в школе уже нет парты, за которой сидела Таня Савичева. Она передана в Музей блокады Ленинграда, сказала Оксана Кусок.

— Но была ли это точно именно ее парта, я сильно сомневаюсь, поскольку школа служила госпиталем во время войны, — отметила она.

В школьный музей приводят детей разных возрастов, даже воспитанников детских садов. Для самых юных устраивают квесты: посетители получают вопросы и должны найти тут же, в музее, ответы. Нередки ситуации, когда дети плачут, узнав о Таниной судьбе и ее дневнике, говорит Оксана Кусок. Однако есть и такие, которые никогда не слышали о Тане.

—Далеко не все родители сегодня рассказывают детям о таких событиях. Некоторые ребята даже не знают, что в нашем городе была блокада. А если и знают, то только отдельные факты. Но таких, к счастью, немного, — подчеркнула Оксана Кусок.

«Я не смела попросить кусочек хлеба» Дети блокадного Ленинграда — о голоде, жизни в эвакуации и первом салюте

Память

Мемориальная доска на доме, где жила Таня

Надгробие на могиле Тани в посёлке Шатки

Впервые о Тане Савичевой публично заговорили в 1959 году, когда режиссёр Ефим Учитель упомянул её историю в своём документальном фильме «Подвиг Ленинграда». Поскольку Таня в своём дневнике лично написала в последней записи, что «Савичевы умерли все», то Учитель встретился с Ниной и попросил у неё разрешения немного подретушировать историю Тани: её дневник якобы был найден в квартире Савичевых дружинниками, а о Нине и Михаиле в фильме упоминаться не будет. Нина никаких претензий выдвигать не стала. Как итог, до начала 1980-х существование Нины и Миши, как живых родственников Тани, замалчивалось — Михаил, живший под фамилией Савич, тем более, не мог доказать их родство.

В свою очередь в 1970-х годах семья Ураловых, которые теперь жили в квартире Савичевых, предложили секретарю райкома Ивану Попову создать там музей, но власти после месячного размышления отказали без объяснения причин. Впоследствии секретарь Попова по секрету рассказала Ураловым, что причиной отказа стало неудачное классовое происхождение Савичевых, так как тогда в экспозиции пришлось бы рассказывать о «социально чуждых элементах» (это также могло стать причиной того, почему умалчивалось существование Нины и Михаила). По этой же причине в течение долгого времени на доме не было мемориальной доски.

Обнародование истории Тани привело к тому, что радиожурнал «Пионерская зорька» объявила призыв отыскать следы Тани. 31 мая 1981 года на могиле Тани, которая до этого была простым холмиком, было установленное мраморное надгробие, а ранее, в 1972 году, на территории кладбища были установлены обелиск и стела с бронзовым барельефом девочки и страничками из её дневника (скульптор Татьяна Холуева, архитекторы Гаврилов и Холуев).

В 2010 году на площади перед школой №1 посёлка Шатки на средства жителей посёлка открыт мемориальный комплекс «Тане Савичевой и детям войны посвящается» (архитектор А. И. Улановский, скульпторы Т. Г. Холуева и А. Б. Холуев).

В память о Тане Савичевой её именем названа малая планета «2127 Таня», открытая в 1971 году советским астрономом Людмилой Черных.

Именем Тани Савичевой назван горный перевал в Джунгарском Алатау, Казахстан.

Стела и обелиск на шатковском кладбище

Памятная доска, установленная во дворе, где жила Таня. Авторы таблички ошибочно указали дату её рождения как 23 февраля

В школе № 35, где училась Таня Савичева, работает музей её имени.

Тане Савичевой посвящена песня «Баллада о Тане Савичевой» (муз. Е. Дога, сл. В. Гин), впервые исполненная Эдитой Пьехой.

В 1970-е годы ВИА «Весёлые ребята» исполнял песню «Дневник Тани Савичевой» (музыка — П. Слободкин, слова — О. Волин).

Таня Савичева — одна из четырёх известных девочек, историям которых посвящено произведение Юрия Яковлева «Страсти по четырём девочкам. Мистерия» (Таня Савичева, Анна Франк, Садако Сасаки, Саманта Смит). До этого Яковлев посвятил Тане рассказ «Девочки с Васильевского острова».

Поэт Павел Великжанин посвятил Тане Савичевой стихотворение «Дневник Тани Савичевой».

В 2017 году финский журналист Калле Книйвиля опубликовал книгу «Улица Тани», повествующую о столетней истории Санкт-Петербурга и России через судьбы горожан, проживавших или проживающих на 2-й линии Васильевского острова. Рассказ начинает революция 1917 года, а завершает Первомайский парад 2017 года. Книга содержит помимо прочего интервью с одноклассницей Тани, а также человеком, который сегодня живёт в квартире Савичевых.

Таня Савичева, 11 лет

Фото: ТАСС

Дневник ленинградской школьницы Тани Савичевой – это, пожалуй, самая известная детская летопись войны, которая уместилась всего на девяти страницах.

Когда фашистская Германия напала на Советский Союз, Тане было 11 лет. Она родилась в селе Дворищи под Гдовом, но, как и ее братья и сестры, выросла в Ленинграде. Семья Тани была многодетной: она была пятым и самым младшим ребенком в семье. У неё было две сестры – Женя и Нина, и два брата – Леонид «Лёка» и Миша. Отец семейства, Николай Родионович Савичев, был состоятельным человеком: в Ленинграде ему принадлежали пекарня, булочная-кондитерская и даже кинотеатр. Однако в 1935 году Савичева как нэпмана лишили всего имущества и выселили за 101-й километр. Спустя год Николай Родионович умер от рака. Его семье, несмотря на потерю кормильца, удалось вернуться в Ленинград.

22 июня 1941 года у танинной бабушки был день рождения. Утром девочка вручила ей подарок, а уже вскоре по радио объявили о начале войны. Савичевы стали активно помогать Красной армии, и даже маленькая Таня не оставалась в стороне – собирала бутылки для зажигательных смесей. Но потом в город пришла блокада, а за ней – голод и смерть.

Как-то раз Таня обнаружила дома записную книжку Нины, которую ей подарил Леня. Часть книжки была занята записями о различных задвижках, вентилях, клапанах и прочей арматуре для котлов (Нина, как и Женя, работала на Невском машиностроительном заводе имени Ленина), а другая половина с алфавитом для записи телефонных номеров и адресов оставалась свободной. В этой книжке Таня впоследствии и вела свой блокадный дневник.

Вскоре там появилась первая запись под буквой «Ж»: «Женя умерла 28 дек в 12.00 час утра 1941 г.» (пунктуация и орфография автора здесь и далее сохранены – прим. ред.). Старшая дочь Савичевых, несмотря на голод и сильное истощение, до последнего дня продолжала трудиться на заводе и сдавать кровь для раненых. Вскоре после нее с работы не вернулась Нина, но в этот раз Таня не стала ничего записывать в дневнике – она верила, что сестра жива. Нина действительно выжила: ее с другими работниками завода в спешке эвакуировали из города прямо с работы. Но Таня этого уже не узнала.

Страшные записи продолжали появляться одна за другой«Б»: Бабушка умерла 25 янв. 3 ч. дня 1942 г.

«Л»: Лека умер 17 марта в 5 час утра в 1942 г.

Дядя Леша 10 мая в 4 ч дня 1942 г.

«М»: Мама в 13 мая в 7.30 час утра 1942 г.

Судя по всему, после смерти мамы Таня потеряла надежду на то, что Нина и ее брат Михаил, пропавший без вести, когда-нибудь вернутся живыми. Последние записи в ее дневнике располагались под буквами «С», «У» и «О».

Таня написала:

«Савичевы умерли».

«Умерли все».

«Осталась одна Таня».

Через пару лет не осталось и самой Тани. Измученная дистрофией, цингой и туберкулезом, 1 июля 1944 года девочка тихо умерла в доме инвалидов в Горьковской области, уже будучи в эвакуации. Дневник Тани Савичевой после ее смерти нашла вернувшаяся в Ленинград Нина. Сегодня девять листочков, исписанных карандашом, хранятся в Государственном музее истории Санкт-Петербурга, а их содержимое известно во многих странах и продолжает напоминать нам об ужасах войны.

Фото: ТАСС

Право на память

На примере истории Тани Савичевой мы видим трагедию изнутри, отметил заместитель главного редактора журнала «Историк» Арсений Замостьянов.

— Это была самая обыкновенная ленинградская семья. Одна из многих. Но более западающий в душу рассказ о блокаде сложно найти,— заявил он.

Таню Савичеву также нередко сравнивают с еврейской девочкой Анной Франк, описавшей зверства фашизма в своем дневнике. Но Таня была младше — 11 лет, совсем ребенок. Обессилевшая от голода и холода, она не могла полноценно вести дневник и оставляла лишь короткие записи о смерти близких. Зачем? Ответ на вопрос ищут многие специалисты — историки и психологи. Мнения разные, но ясно одно: так девочка пыталась победить смерть.

Фото: РИА Новости Дневник Тани Савичевой

— Самое важное в дневнике то, что она пишет не о себе, а о том, как погибали близкие. Пишет в состоянии стресса

Но на смерть невозможно смотреть как на что-то обыденное. Скупые слова Тани отражали самое важное для нее, — заключил Арсений Замостьянов.

Таня Савичева доказала свое право на память, отметил историк. Доказала, что человек даже в самых чудовищных условиях не должен превращаться в животное.

Истоки дневника

В предыдущие месяцы Таня вела настоящий дневник. Этот дневник представлял собой большой толстый блокнот, в который она записывала свою повседневную жизнь, но семья решила сжечь его в какой-то момент в начале осады, когда не осталось топлива для обогрева печи . Через некоторое время после сожжения дневника Савичевой передали небольшую записную книжку, принадлежавшую ее сестре Нине, которая впоследствии стала ее дневником. Тетрадь меньшего размера не пострадала от огня, и Нина использовала ее, чтобы делать записи о котельном оборудовании на заводе, где она работала. Нина не использовала алфавитную часть записной книжки.

Свою первую запись в дневнике Таня сделала 28 декабря или вскоре после этого. Эта первая запись касается смерти ее старшей сестры Жени, которая, скорее всего, произошла из-за тяжелого недоедания, усугубленного ее работой на военном заводе. Женя родилась в 1909 году, вышла замуж из семейного дома и переехала на Моховую улицу , где продолжала жить после развода. Женя регулярно ходила пешком 7 километров до фабрики, где работала иногда по две смены в день, изготавливая футляры для шахт . После работы сдавала кровь . К этому моменту во время блокады Ленинграда нормирование продуктов питания было сведено к нулю , и только небольшие, но недостаточные запасы поступали в Ленинград через Ладожское озеро по Дороге жизни . По оценкам, 100 000 человек в месяц умирали от голода, при этом рацион для взрослого был установлен из 250 г ржаного хлеба, что вдвое меньше, чем для детей и пожилых людей. Ее ослабленное тело было недостаточно сильным, чтобы выдержать сдачу крови, и она умерла в своей квартире от осложнений, вызванных истощением и недоеданием, на руках своей сестры Нины, которая волновалась, когда она не пришла на смену на фабрике. и поспешил на Моховую улицу, чтобы проверить ее.

Блокада Ленинграда в фактах и числах

Блокада Ленинграда длилась с 8 сентября 1941 года по 27 января 1944 года. Почти три года жители города не пускали врага на свою территорию, умирая от голода и холода. Продовольствие в город поступало только по Ладожскому озеру — там была та самая дорога жизни, по которой многих эвакуировали, на которой многие нашли свою смерть во время обстрелов.

Более 150 тысяч снарядов упало на Ленинград в дни блокады — немцы обстреливали город и днем, и ночью. Жители трепетно закапывали в землю все возможные памятники, прикрывали их фанерами и мешками с песком — разрушены в городе было порядка трех тысяч зданий.

К моменту блокады в Ленинграде проживало порядка трех миллионов человек. Блокада Ленинграда, по разным оценкам, унесла жизни от 600 тысяч до 1,5 миллиона жителей города. От фашистских бомбежек погибли лишь 3% людей, остальные 97% —  от голода: ежедневно от истощения умирали около 4 тысяч человек. Жители ели все, что было похоже на съедобное, вплоть до кожаных ремней и ботинок. Ввиду отсутствия поставок продовольствия, пайки были мизерными и доставались даже не всем.

Смерть Высоцкого: дата, причины, подробности. Фото и видео, как это произошло, от чего умер

Дневник Тани Савичевой — 9 строчек о смерти

Дневник Тани Савичевой, девочки, которая волей судьбы оказалась в гуще кошмара, является символом истории блокадного Ленинграда. На девяти страницах девочка записала имена и даты смерти своих родных — дневник символичен, ведь гибель одной семьи можно сравнить с гибелью сотен тысяч других граждан, не сумевших пережить блокаду.

Дневник до сих жив — его публике в послевоенный период показывали лишь дважды. Он является ценнейшим историческим документом, а потому хранится очень трепетно.

Таня вела страшные страницы зимой 1941-1942 годов.

Сама Таня также не пережила блокаду — девочка умерла летом 1944 года. После смерти родных по приказу умирающей матери она пошла в город и нашла дальнюю родственницу. Женщина сдала ребенка в детдом — многие поступали так, в надежде на то, что там ребенок выживет, ведь будет хоть что-то есть.

Всех поступивших сначала закрывали в карантин, а уж после принимали в ряды воспитанников. Таню так и не приняли по причине болезней — у нее был туберкулез. Она мучилась от боли, но жила. Компанию ей составляла только медсестра, приставленная ухаживать за девочкой. Таня напрочь ослепла, но до последнего не сдавалась.

Дневник девочки нашла в 1945 году старшая сестра Нина — оказалось, что не все Савичевы умерли, как считала девочка. Нина была эвакуирована из города во время блокады вместе с предприятием, на котором работала — послать родным весточку она не имела возможности.

Блокада Ленинграда в фактах и числах

Блокада Ленинграда длилась с 8 сентября 1941 года по 27 января 1944 года. Почти три года жители города не пускали врага на свою территорию, умирая от голода и холода. Продовольствие в город поступало только по Ладожскому озеру — там была та самая дорога жизни, по которой многих эвакуировали, на которой многие нашли свою смерть во время обстрелов.

Более 150 тысяч снарядов упало на Ленинград в дни блокады — немцы обстреливали город и днем, и ночью. Жители трепетно закапывали в землю все возможные памятники, прикрывали их фанерами и мешками с песком — разрушены в городе было порядка трех тысяч зданий.

К моменту блокады в Ленинграде проживало порядка трех миллионов человек. Блокада Ленинграда, по разным оценкам, унесла жизни от 600 тысяч до 1,5 миллиона жителей города. От фашистских бомбежек погибли лишь 3% людей, остальные 97% —  от голода: ежедневно от истощения умирали около 4 тысяч человек. Жители ели все, что было похоже на съедобное, вплоть до кожаных ремней и ботинок. Ввиду отсутствия поставок продовольствия, пайки были мизерными и доставались даже не всем.

«За Любу!», «За Веру!»

После выполнения задания, 1944 — Аркадий Шайхет/Частное собрание

Девушки-летчицы летали на маленьких тихоходных бипланах По-2. Их называли «кукурузниками» или «этажерками». На них до войны обучались летчики. Открытая кабина с плексигласовым козырьком не могла защитить экипаж не только от пуль, но даже от сильного ветра. Радиосвязи не было, скорость самолета всего 120 км/час, высота – 3 км.  Единственное вооружение – пистолеты ТТ. Пулеметы на этих самолетах появились только в 1944-м году.

Бомбового отсека не было, и бомбы подвешивались прямо под брюхо самолёта. Много бомб По-2 поднять не мог, но зато они попадали в цель с исключительной точностью. Мелкие бомбы штурманы возили у себя на коленях и сбрасывали руками через борт самолета. Девушки летали ночью, делая до десяти вылетов. Пилоты выключали мотор, и в тишине на врага падали бомбы. Перевозили летчицы и грузы для партизан: медикаменты, боеприпасы, продовольствие, почту.

Летчицы 46-го женского авиационного Таманского полка, 1942 — Евгений Халдей/МАММ/МДФ

Немцы называли ПО-2 «рус фанер» из-за деревянного каркаса, обшитого фанерой. За каждый сбитый самолет немецкий летчик получал высшую награду – «железный крест».

На бомбах летчицы писали «За Родину!», но после первых погибших подруг появились надписи: «За Любу!», «За Веру!»