Битва на шелони: почему новгородское ополчение не хотело биться против московского войска

Накануне войны

Весной 1471 года Иван III стал готовиться к военному походу на Новгород. На «Великой думе» было решено привлечь к усмирению непокорного города вятчан, устюжан и псковичей. Стратегический план предусматривал охват Новгорода с трех сторон – юга, запада и востока, с тем, чтобы отрезать население города от окрестностей и перехватить все пути, ведущие в Литву.

В поход должны были выступить три отряда, основной удар при этом предполагалось нанести с юга дружиной под командованием самого Ивана III. Операцию намеревались провести летом, чтобы избежать болот и топей, которые в весеннюю и осеннюю пору становились непроходимыми для войска, а зимой воевать было слишком накладно.

В Новгороде тоже готовились к войне. Бояре собирали всех боеспособных горожан и насильно загоняли в войско. Ведения боевых действий с воды должна была обеспечивать судовая рать. Несмотря на большую численность войска – не менее 30 тысяч человек – значительная часть его не желала воевать, что заметно снижало боеспособность ополчения.

Летом, как только установилась благоприятная погода, в поход двинулось 10-тысячное войско под командованием князя Даниила Холмского, которого Иван III благословил на «умиротворение» Новгорода. Одновременно на помощь московским дружинникам выступила псковская рать, откликнувшись на просьбу московского посольства.

Летописцы утверждают, что силы Новгорода четырехкратно превышали численность регулярного войска Ивана III, однако большей частью они были укомплектованы необученными посадскими ополченцами. Новгородцы, возглавляемые посадником Дмитрием Борецким, вынуждены были готовиться в спешке: они торопились выступить на перехват псковского отряда в надежде разгромить его, тем самым обезопасив свой тыл.

Первое столкновение

И вот, утром 14 июля эта сборная «солянка» новгородцев неожиданно встретилась с небольшим (не более пяти тысяч) отрядом псковичей, шедшим на соединение с основной частью войска. Несмотря на восьмикратное (!) превосходство противника, Холмский его смело атаковал. Впрочем, безумцем он не был: отборное княжеское войско из прекрасно обученных и вооруженных дружинников буквально разметало ополчение новгородцев, большинство из которых совсем не умело воевать. Так (вкратце) прошла битва на реке Шелони.

Предполагается, что потери пораженных составили не менее 12 тыс. человек, еще две тысячи сдались в плен. Прочие в страшной панике сбежали в леса. Это поражение предопределило конец независимости Новгорода и его заигрываниям с литовцами.

Кризис Новгородской республики

Историки давно, со времён того же Карамзина, пытались объяснить невысокий моральный дух новгородского войска политическим кризисом Новгородского народоправства к концу 15 века. Общими в описаниях состояния тогдашнего Новгорода являются привилегированное положение немногих богатых родов и бесправное положение большинства населения, отсутствие правды в судах. Последнее обстоятельство отчётливо проявилось при окончательном присоединении Новгорода к России в 1477-1478 гг., когда многие новгородцы шли в Москву, моля великого князя учинить им справедливый суд и расправу.

К явлениям такого кризиса следует отнести не только моральное состояние новгородских вооружённых сил, но и отсутствие каких-либо продуманных мер у новгородского правительства в преддверии неминуемого столкновения с Москвой. Бояре, правившие Новгородом, надеялись не на свой народ и свою армию, а на иноземную литовскую помощь.

Краткая справка

Сражение произошло в 1471 году, 14 июля. Как понятно из названия, битва состоялась на берегах реки Шелонь (приблизительно 30 км к западу от озера Ильмень). Противоборствующими сторонами была рать Московского княжества и Новгородской республики.

Рассматриваемое событие относится ко времени походов Ивана III, который решил раз и навсегда покончить с независимостью Новгорода. Впрочем, основной причиной было даже не это. Дело в том, что новгородцы в то время признавали вассальную зависимость от Литовского княжества, вели постоянную враждебную политику в отношении прочих русских княжеств. Но история Московского княжества такова, что и эта версия вызывает сомнения. Скорее всего, Иван III все же хотел избавиться от излишне самостоятельной единицы.

Предыстория

Во второй половине XV века Московское княжество усилило давление на Новгородскую республику. Там образовалась группа бояр во главе с Марфой Борецкой, выступивших за союз с Великим княжеством Литовским, которое обещало помощь в борьбе против притязаний Московского великого князя. После смерти авторитетного архиепископа Ионы, главы новгородского боярского правительства, в город прибыл на княжение посланный польским королём и литовским князем Казимиром IV князь Михаил Олелькович. Затем новгородцы отправили своего кандидата на пост архиепископа на поставление в сан не к московскому митрополиту, а к киевскому православному митрополиту, находившемуся в Великом княжестве Литовском. Одновременно они начали вести переговоры с Казимиром IV о поддержке на случай войны с Иваном III. Эти шаги вызвали возмущение народных масс («Земстие люди того не хотяху», — отмечает летописец). Не было единства и среди бояр. Следствием стало ослабление военной мощи Новгорода.

Иван III пытался повлиять на Новгород дипломатическим путём через представителей церкви. Митрополит упрекал новгородцев в предательстве и требовал отказаться от «латинского государства», но вмешательство церкви только усилило разногласия и политическую борьбу в Новгороде. Действия новгородцев были расценены в Москве как «измена православию». Несмотря на то, что Михаил Олелькович в марте 1471 года покинул Новгород и уехал в Киев, Иван III принял решение организовать общерусский «крестовый поход» на Новгород. Религиозная окраска этого похода должна была сплотить всех его участников и заставить всех князей прислать свои войска на «святое дело». Со стороны московского князя проводилась широкая антиновгородская пропаганда, рассылались «размётные грамоты». По словам проф. Р. Г. Скрынникова, «в глазах московских книжников только монархические порядки были естественными и законными, тогда как вечевая демократия представлялась дьявольской прелестью. Решение Новгорода отстаивать свою независимость любой ценой они постарались изобразить как заговор бояр Борецких, нанявших „шильников“ и привлекших на свою сторону чернь. Само вече, под пером московского писателя, превратилось в беззаконное скопище „злых смердов“ и „безыменитых мужиков“».

Начало боевых действий

Близ села Коростынь новгородцы решили использовать изолированное положение Холмского и разбить его. Войско разделилось на два отряда: конница должна была ударить с правого фланга, а пехоте доставалась задача атаковать тыл москвичей. Их снова подвела общая неорганизованность. Ополчение действовало вяло, нерешительно, так что битва на реке Шелони была ими проиграна задолго до ее фактического начала.

Пока новгородцы разбирались, что и как им делать, Холмогорский внезапно возник близ села, атаковав пехоту противника. Силы Новгорода были разбиты начисто. Затем князь ушел к Старой Руссе, где принялся вновь ожидать подхода основных сил. И снова он встретился с новгородцами, очередное войско которых поднималось вверх по течению реки Поли. Деятельный князь снова атаковал и вновь одержал победу. Удивительно, но отборная конница новгородцев в течение обоих сражений полностью бездействовала.

Так было предопределено присоединение Новгорода к Московскому княжеству.

Военное мастерство Москвы и память о поражении 1456 года

Московское профессиональное войско превосходило своим мастерством набранное новгородцами ополчение. В особенности это превосходство должно было сказаться в столкновении конных ратей: у Москвы была татарская кавалерия природных и хорошо обученных наездников. По сообщению летописей, именно её удар сыграл решающую роль в битве на Шелони.

Тем не менее, одними этими факторами ещё сложно объяснить панику, обуявшую новгородское войско: «В безумии страха везде слышался им глас: “Москва! Москва!”». Здесь уместно вспомнить, что ещё в 1456 году новгородское войско было разбито московским у Старой Руссы, хотя то поражение ещё не имело фатальных для Новгорода политических результатов. Но уже тогда новгородцы почувствовали военное превосходство Москвы и прониклись страхом перед ним.

Планы новгородцев

Единственным шансом для новгородцев были бы постоянные нападения на войско Ивана с тем, чтобы постепенно справиться с главными силами по частям. Свою конницу Новгород отправил на псковское направление. Как уже было сказано выше, это войско должно было не допустить соединения псковичей с основными силами. Пехота же была выслана по реке Шелони с тем, чтобы обнаружить и разметать отряд князя Холмского.

Василий Шуйский командовал третьим отрядом, который, действуя вне зависимости от основных сил, должен был «козни чинить всякие». Впрочем, весь план с самого начала провалился, так как новгородцы действовали крайне несогласованно. Москвичи были немногим лучше — медлили и слишком разобщенно наступали. Из-за всего этого единственным надежным отрядом в тех краях оказалось войско князя Холмского. Исход всей этой странной войны решился там, где протекала река Шелонь.

Памятники с надписями

Шелонский бой проходил недалеко от села Скирино, где позже был установлен крест с двумя табличками. Он посвящен памяти великой битвы. Но надписи некоторые источники считают странными. Если на первой все указано правильно: «Помяни, Господи, души усопших рабов Твоих, положивших живот на поле брани за Веру и Отечество, и прими их в Небесный чертог Свой. Аминь», то вторая немного запутанная.

Ее считают несколько политизированной: «Поле Шелонской битвы 14 июля 1471 года, где созидательные силы России победили гибельный раздор междоусобий. Трудами Великого князя Московского Ивана ІІІ был открыт путь к созданию единого централизованного Русского государства. Вечная память и вечная слава нашим великим предкам!».

Подобные ошибки были допущены и на табличке в селе Велебицы, которая висит на дубовом кресте 6 м в высоту. Здесь также упоминается Россия, хотя такого государства тогда и не было. Новгородская республика была единственной независимой от Орды территорией, которую также считают частью Руси.

Мнения историков разделились. Одна группа считает, что Москва совершила настоящий подвиг. Ведь практически невозможно победить противника, войска которого больше собственных в 2−3 раза. Да и подавить мятеж необходимо — государство и так было раздробленным из-за постоянных междоусобиц и набегов татар. А вторая группа считает, что Москва действовала под давлением Орды, которой Новгород мешал как самостоятельная территория. Вместо того чтобы воевать со своими соотечественниками, нужно было поддержать их, а позже объединить силы ради борьбы с игом.

После победы над монголо-татарским игом город снова процветал и развивался. Но через сто лет после битвы на Шелони Иван Грозный снова разгромил Новгород. Тогда республика утопала в крови от казней мятежников. Сегодня город малопривлекателен для туристов, это уездное поселение, где можно осмотреть только старинную архитектуру и красочные пейзажи. Других достопримечательностей здесь практически нет. Москва же после освобождения от Орды процветает и развивается — в столице множество интересных мест и развлечений.

Бой

Сражение произошло утром 14 июля на левом берегу реки Шелонь, впадающей в озеро Ильмень к юго-западу от Новгорода . Предполагается, что это произошло примерно в 30 км от устья реки и чуть восточнее города Сольцы , возможно, в районе села Скирино. Местоположение указывает на то, что московское войско наступало на Новгород вдоль западного берега озера, чтобы наступить на город с юго-запада. После случайного столкновения московских войск (около 5000 человек) под командованием князя Даниила Холмского ( Даниила Холмского ) с новгородской армией (от 20 до 40 тысяч человек) плохо организованная новгородская армия не выдержала давления. княжеских сил. Действительно, Новгородская Четвертая летопись сообщает, что Феофил, избранный новгородский архиепископ , приказал своей коннице атаковать не москвичей, а только псковские войска, тем самым ограничив их пространство для маневра. Битва при Шелоне длилась два часа и закончилась поражением Новгорода. По данным московских источников, во время боя и последующего преследования погибло более 12 тысяч новгородцев. Около 2000 человек попали в плен . Однако трудно сказать, насколько точны эти цифры, поскольку размер новгородской армии в настоящее время практически невозможно определить, и это число кажется довольно высоким, учитывая, что в самом Новгороде, вероятно, было всего около 40 000 жителей. человек, хотя армию можно было набрать и из сельского населения. При этом цифры могли быть завышены, чтобы повысить престиж Великого князя и выставить Новгород в еще худшем свете.

Иван Третий в роли миротворца

Не следует считать Ивана кровожадным тираном. Он неоднократно пытался образумить Новгород, используя для этого влияние церкви. Митрополит всеми силами пытался предостеречь мятежный город от ведения дел с «латинянами», но успеха его слова не имели. Неудивительно, что прочие княжества оценили действия Новгорода как измену стране и вере.

В марте 1471 года Михаил Олелькович покидает Новгород и едет в Киев для переговоров. Но Ивану III надоело вероломство новгородцев, а потому он принимает решение созвать крестовый поход против изменников. В принципе, все прекрасно понимали политическую подоплеку грядущей войны, но именно религиозный окрас должен был стать стержнем, скрепляющим решимость всех князей.

С весны стала идти подготовка к походу. Было запланировано привлечение на свою сторону вятчан, устюжан, псковичей, а также оставшегося лояльным Москве населения новгородских пятин и пригородов. Сперва решили окружить город, отрезать его ото всех торговых путей, связывающих изменников с Литвой. В принципе, московско-новгородские войны новостью не были (мы говорили о постоянных междоусобицах), но на сей раз князь был настроен серьезно.

Меры устрашения

Военные действия велись по всем тогдашним жестоким канонам. Не было никакого понятия, что Новгородская земля это русская земля, присоединяемая к единому Русскому государству. Московское войско вступило во владения Новгорода как в неприятельскую землю и вело себя соответственно.

Карамзин, основываясь на сообщениях летописей, писал: «Дым, пламя, кровавые реки, стон и вопль от востока и запада неслись к берегам Ильменя. Москвитяне изъявляли остервенение неописанное: новгородцы-изменники казались им хуже татар. Не было пощады ни бедным земледельцам, ни женщинам».

В московском войске находилась и татарская рать вассального касимовского хана Данияра, так что выражение Карамзина «хуже татар», конечно, чисто риторическое: татары были союзниками Москвы в покорении Новгорода, и не только там.

Но, конечно, новгородцы совершенно не рассматривались московскими ратниками Ивана III и даже его псковскими союзниками как свои соотечественники. Причиною этому была не только укоренённая веками психология раздробленности Руси и княжеских междоусобиц. Московское правительство, как отмечает историк Руслан Скрынников, провело мощную пропагандистскую кампанию в своём государстве, обвиняя Новгород, на основании призвания им литовского князя, ни много ни мало как в отпадении от православия. То, что Михаил Олелькович был православным, оказывалось несущественным: уже тогда у москвичей укоренилось сознание, что истинно православный это лишь тот, кто признаёт верховную светскую власть московского государя.

В первом сражении между москвичами и новгородцами 9 июля 1471 года у села Коростынь новгородское пехотное ополчение было разбито, причём «ожесточение москвитян против новгородцев (пишет Дмитрий Иловайский) сказалось в том, что победители многим пленным отрезали носы, уши, губы и в таком виде отпускали домой». Такая мера должна была устрашить новгородцев, но жестокость, как известно, может иметь и обратное действие. Однако в данном случае она подействовала, как хотели москвичи.

Был применен и ещё один метод морального воздействия. Трофейное оружие и доспехи, взятые москвичами в битве у Коростыня, были тут же потоплены ими в Ильмене. Москвичи этим показывали, что гнушаются оружием изменников и что победят без его применения.

Проблемы Новгорода

В XV веке у Новгорода были непростые времена. Его граждане находились в постоянном волнении, так как периодически вспыхивали восстания низших классов против власти. Если посмотреть на карту, то станет понятно, что со всех сторон на республику давили Орда, Литовское княжество.

Ополчением командовал сын Марфы Посадницы Дмитрий Борецкий. Она возглавила группу бояр, которые пытались защитить Новгород от Московского улуса (в те годы Московия входила в Золотую Орду) и сохранить независимость. Им пришлось обратиться за помощью к польскому королю и литовскому князю Казимиру Четвертому. Он потребовал заключить вассальный договор и прислал в город своего наместника.

Московский государь Иван Третий предупреждал Новгород об опасности связи с литовцами. Но мятежники его не послушали. Профессор истории Руслан Скрынников кратко выразил мнение московских книжников о таком поступке: они считали, что только монархические порядки законны и естественны, а любое проявление демократии — это дьявольская воля.

Знать Новгорода решила заключить договоренность с Великим княжеством Литовским о поддержке с его стороны в случае войны с Москвой. Но последняя посчитала такой поступок настоящей изменой, предательством православия. Князь Иван ІІІ придал будущему сражению религиозную окраску. К нему поспешили присоединиться другие княжества, ведь церковь в то время имела большое влияние на народ.

Но из-за быстрого наступления противников Новгород не успел заключить союз с Казимиром, что в итоге привело к поражению. Хотя некоторые историки считают, что литовцы просто не хотели ввязываться в борьбу с Москвой. А военная мощь города снизилась, так как между верхушками начались разногласия.

Поведение Ивана III

Холмогорский понимал, что такая самодеятельность, пусть даже и успешная, может прийтись не по вкусу властному самодержцу. Летописцы сообщают, что он отправил к царю гонцов с донесениями о победах, и испрашивал совета о дальнейших действиях. Иван не стал гневаться (неудивительно), а повелел князю все же соединить свое войско с псковским.

Впрочем, князь и сам понимал, что дальнейшие самостоятельные действия и без того могут обойтись им слишком дорого: новгородцы, при всех своих сомнительных политических предпочтениях, дрались довольно храбро. Отряд Холмского к тому времени уже потерял более четырех тысяч ратников.

Последствия

24 июля Иван III казнил новгородского полководца Дмитрия Исакевича Борецкого, одного из членов клана Борецких, который во главе с Марфой Борецкой выступал в оппозиции города Москве. В долгосрочной перспективе поражение при Шелоне сильно ослабило Новгородскую республику. Согласно некоторым источникам, Иван III конфисковал значительные участки земли у архиепископской администрации и несколько крупнейших монастырей сразу после битвы (хотя большинство источников датирует эти конфискации 1478 годом), тем самым ослабив независимость новгородской церкви. Он также несколько раз возвращался в город в 1470-х годах и арестовывал важных бояр или целые боярские кланы. Однако он принял прямой контроль над городом-государством только в январе 1478 г. после того, как дальнейшие натянутые отношения с архиепископом Феофилом и новгородскими боярами вынудили его послать свои войска против города зимой 1477–1478 гг.

Основные сведения

Летом 1471 года в поход выступило войско числом порядка 10 тысяч ратников. Командовал им князь Д.Д. Холмский, которого Иван благословил на «умиротворение» Новгорода. Политика последнего не нравилась даже независимым псковичам, которые также отправили рать на помощь московским дружинникам. Впрочем, на их горячее желание подсобить Ивану вполне могло оказать влияние недавнее московское посольство, которое просило рать «за великую обиду князя». Если бы Псков отказался, он бы тут же попал в число злейших врагов лично московского государя со всеми вытекающими последствиями…

По данным летописцев, рать Новгорода была в четыре раза больше регулярного московского войска, но большая ее часть состояла из необученных посадских ополченцев. Возглавлял ее Д. Борецкий. Новгородцы были вынуждены торопиться с набором войска, так как им пришлось быстро выступить на перехват псковичей в надежде разгромить врага и обезопасить свой тыл.

Основные события

Сам поход далеко не случайно был запланирован именно на летнее время: весной и осенью болота вокруг Новгорода становились непроходимыми для большого войска, а зимой воевать слишком накладно. Погода благоприятствовала в полной мере: стояла страшная жара, большая часть болот высохла, да и сама река Шелонь сильно обмелела.

Командовали отрядом князья Холмской и Федор Давыдович Пестрый-Стародубский. Выступили войска в самом начале июня. Братья Ивана III, князья Юрий и Борис, присоединились к рати чуть позже. Отряд Холмского быстро отбил и полностью сжег Старую Руссу. Затем он выступил к реке Шелонь, и на ее берегах стал ждать подступающие основные части войска. Как говорят летописцы той поры, воины без пощады убивали и грабили жителей предавшей Москву мятежной стороны.

Решающее сражение

После разгрома пехоты в бой вступила новгородская конница. Ей противостояла дружина Холмского, которая еще не дождалась подкрепления. Враги находились всего в десятках метров друг от друга — их разделяло русло водоема. Был поздний вечер, поэтому все участники битвы на реке Шелони решили устраиваться на ночлег, чтобы продолжить сражение утром.

На рассвете начался обстрел. Солдаты прятались в оврагах, затем высовывались и пытались убить противников с помощью луков и стрел. Холмскому надоело бесполезное сражение, поэтому он прекратил его. Он решился на взятие врагов с помощью неожиданного маневра. Малую часть своего отряда князь направил на другой берег водохранилища. Солдатам приходилось пробираться под обстрелом. Они зашли к противнику сбоку и атаковали, новгородцы не ожидали такого поворота событий.

Под конец сражения произошло странное событие: мятежники начали ссориться между собой и даже убивать своих товарищей. Так погибла почти половина всадников-бояр. Москвичи благодаря междоусобице выиграли время и уничтожили оставшуюся часть войска.

Ничего не знал о разгроме новгородцев на реке Шелони Василий Шуйский, который возглавил третью часть их войска. Он со своим отрядом двинулся к Великому Устюгу, спешил на помощь пехоте и коннице. Его встретили вятичи и устюжане, которые быстро одержали победу. Хотя новгородцев было почти в три раза больше, чем их противников. Но в решающий момент от них отделился отряд архиепископского полка. Его предводитель заявил, что соглашался сражаться с Москвой, а не Псковом.

Сражение

Дипломатические усилия Новгорода по заключению союза с Казимиром не привели к успеху. Быстрое наступление московских войск помешало новгородцам завершить переговоры. Договор не был утверждён королём, занятым в это время борьбой за чешский престол, и Литва уклонилась от войны с Москвой. К московским войскам присоединились полки союзного Великого княжества Тверского, Пскова, а также правитель Касимовского ханства Данияр с дружиной. С задержкой новгородцам удалось организовать Новгородское ополчение, во главе которого встали Василий Казимир и Дмитрий Борецкий, сын Марфы. Несмотря на численное превосходство новгородского войска, москвичам удалось одержать решительную победу. Как следует из новгородских источников, поначалу новгородцам удалось использовать свой численный перевес. Но тут на новгородскую пехоту обрушилась татарская конница, которая в этом походе была основной ударной силой Ивана III. Дмитрий Борецкий был взят в плен и казнён, многие представители новгородской знати подверглись жестоким репрессиям. По словам летописи, «обретеся нятцов (пленников) 1000 и 700 человек».

Исследователь военной истории средневековой Руси Ю. Г. Алексеев считает указанную в Московском летописном своде 1479 года численность новгородских войск в 40 000 чел. явным преувеличением, справедливо указывая, что даже в 1545 году, согласно разрядному и разметному спискам, во всём Великом Новгороде числилось около 5 000 дворов. Заявленную же там численность великокняжеской рати в 5 000 воинов он, наоборот, считает заниженной, допуская, что всего в июне 1471 года против новгородцев могло быть выставлено Москвой не менее 12 000 чел. В то же время, он доверяет официальному летописцу в отношении состава новгородского войска, представленного в основном непривычными к военному делу ополченцами-посадскими, торговцами и ремесленниками.

Подвергает сомнению Ю. Г. Алексеев и выдвинутую ещё новгородскими летописцами и растиражированную дореволюционными историками версию о решающей роли в сражении татарских отрядов, отмечая, что, по данным Московской летописи, в войсках князя Данилы Холмского и Фёдора Давыдовича вообще не было татар, шедших во втором эшелоне с князем Иваном Стригой Оболенским. Основными же причинами победы москвичей он справедливо называет триумф стратегии и тактики великокняжеских воевод, выработанных в ходе войн на южных рубежах.

Поражение при Шелони сделало неизбежным конец независимости Новгородской земли и конец Новгородской республики. После окончания войны был заключён Коростынский мир между Иваном III и Новгородом Великим и бояре присягнули на верность Москве. После Московско-новгородской войны 1478 года Новгород вошёл в состав Великого княжества Московского.

Решающая битва

После того как была разбита большая часть новгородской пехоты, на берегах Шелони объявился восседавший на конях цвет боярского войска. Ему навстречу выдвинулась все еще находившая без поддержки дружина Холмского. Противников разделяли всего несколько десятков метров русла реки. Обе стороны стали на ночлег, намереваясь решить исход противостояния утром.

С первыми лучами солнца оба войска принялись методично обстреливать друг друга. Первым бесполезное метание стрел прервал Холмский, решившись на внезапный маневр. Малая часть его отряда, быстро переправившись под градом стрел на другую сторону реки, атаковала опешившего противника.

В это время практически без помех переправу начала оставшаяся часть московской дружины. По приказу князя она атаковала новгородское войско с тыла, завязался упорный бой. Значительно превосходящее в численности москвичей новгородское войско, в конце концов, не выдержало натиска противника и «побегоши вси».

Показательно, что в суматохе битвы, окончательно рассорившиеся новгородцы стали сводить счеты друг с другом, подставляя свои спины под копья и мечи москвичей. Таким образом погибла едва ли не половина новгородских бояр.

В это время к Великому Устюгу выдвигался третий отряд новгородцев, возглавляемый Василием Шуйским, ничего не знавшим об исходе сражения. На реке Двине он встретился с ратью устюжан и вятичей, собранной московскими боярами. Сборный отряд под предводительством Василия Образа и здесь не оставил шансов новгородцам, имевшим тройное превосходство.

Начало битвы

Конница Новгорода отправилась навстречу солдатам Пскова. А пехота оказалась на реке Шелони, чтобы отбить нападение отряда Холмского. Для этого судовую рать разделили на две части:

  • первая атаковала московское войско с правого фланга;
  • вторая — с тыла.

Последним отрядам пришлось подняться по течению реки Полысть и добраться до Старой Руссы. Псковичи недостаточно подготовились к битве, поэтому их продвижение затянулось на недели. Основные силы, которые вошли в состав московского войска, также страдали от плохой организации и внутренних разногласий. Из-за этого всю силу противников приняли на себя отряды Холмского.

Главная проблема новгородцев заключалась в переправе через реку, которая впадает в озеро Ильмень. Их первый отряд рассредоточился по берегам, поэтому не смог быстро напасть на московских солдат. Холмский решил этим воспользоваться. Он бросил все силы на противников и довольно быстро разбил их. После этого предводитель отступил к Старой Руссе, чтобы дождаться подкрепления.

Но здесь он наткнулся на второй отряд Новгорода. Хотя и здесь Холмский смог одержать победу. Благодаря быстроте действий и согласованности войска он взял верх над медленными противниками. Ни в первом, ни во втором сражении конница новгородцев не помогла пехоте. Зато всадники татарского войска помогали Холмскому, ведь они были в составе его отрядов.

С датой 13 июля 1471 года связаны большие потери армии Москвы. Иван ІІІ прислал Холмскому гонца с приказом отступить к реке Шелони, чтобы дождаться псковичей. Но две победы обошлись предводителю войска слишком дорого. Он потерял больше половины своих солдат. Согласно летописям, после битв у него осталось меньше 4000 воинов.

Итоги

Основные силы под командованием Ивана III подошли к устью Шелони только 27 июля. В местечке Коростынь их уже ожидала делегация новгородцев во главе с владыкой Феофаном. Столь болезненное поражение Новгорода не оставило республики иного выхода, как проявить политическую сознательность и пойти на мир с Москвой.

Как это ни странно, но условия выдвинутые Иваном III оказались более чем мягкими. Новгород присягал на верность великому князю, при этом московский государь заметно расширял свои полномочия. Также Новгород должен был выплатить контрибуцию в размере 16 тысяч новгородских рублей. Безжалостный удар постиг только «литовскую партию», в частности, один из ее лидеров и предводитель новгородского войска Дмитрий Борецкий был осужден за измену и обезглавлен в Старой Руссе.

После победы на Шелони был нанесен окончательный удар по независимости Новгородской республики, хотя пройдут еще годы, прежде чем Москва обретет всю полноту власти над опальным городом.

Сегодня на окраине села Скирино близ места легендарной битвы установлен памятный крест, на котом прикреплены две таблички. Одна из них гласит: «Помяни, Господи, души усопших рабов Твоих, положивших живот свой на поле брани за Веру и Отечество, и прими их в Небесный чертог Свой. Аминь». На второй написано: «Поле Шелонской битвы 14 (27) июля 1471 г., где созидательные силы России победили гибельный раздор междоусобий. Трудами Великого князя Московского Ивана III был открыт путь к созиданию единого централизованного Русского государства. Вечная память и вечная слава нашим великим предкам!».